Женское обрезание: даже официальные запреты не всегда защищают женщин от калечащих процедур
Кэтрин Мутиан пережила обрезание и теперь пытается оградить других женщин и девочек от этой практики. Женское обрезание: даже официальные запреты не всегда защищают женщин от калечащих процедур Права человека <п>«Когда виновных привлекают к суду – это важно, – говорит Кэтрин Мутиан, пережившая калечащую операцию на женских половых органах в Кении и директор AfyAfrica – НПО, работающей над искоренением этой практики. – Но что будет с девочкой, которую подвергли калечащей процедуре? Что поддерживаете вы, образование, вы, друзья?»
Для миллионов женщин и девушек одного возраста запрятана в женском окружении достоверно. Справедливость означает возможность получить защиту, терапию и социальную поддержку, а также привлечь виновных к ответственности. Об этом напоминают в ООН в Международный день нетерпимого отношения к калечащим операциям на женских половых органах, который отмечается 6 февраля.
на Роль мужчин
Во многих сообществах девочки продолжают подвергаться обрезанию не потому, что верят в эту практику, а потому, что отказ может означать потерю шансов на брак, безопасность и нормальную жизнь в социуме. Когда «пригодность к браку» напрямую зависит от того, прошла ли девочка через эту калечащую процедуру, одних законов недостаточно.
<п>Именно здесь решающим становится отношение мужчин. Тони Мвебия, дирек–тор кенийской организации мужчин, прекращающих КОЖПО, говорит, что практиковать невозможно – и тем более искать – не работая с мужчинами. «Мужчины – не просто охранники, — объясняет он. – Они женятся. Они ведут переговоры о выкупе за невесту. Они определяют, что считается приемлемым. Если мужчины продолжают считать, что женщины должны подвергаться калечащим процедурам, практика будет сохраняться, даже если она незаконна».П><П>По словам Мвебиа, многие мужчины в принципе выступают против женского обрезания, но на практике предпочитают молчать.<п>«Молодые мужчины говорят, что не поддерживают калечащие операции на женских половых органах, но когда дело доходит до брака, начинает действовать давление семьи. Отцы отказываются отдавать скот. Старейшины настаивают на традициях. Молчание становится понятием», – говорит Мвебия.
такиеорганизации, как мужчины прекращают КЖПО, пытаются покончить с представлением о том, что жена долго пытались понять, что вы сделали, уважали и взывали к жене. Публично отвергая этот предрассудок, мужчины помогают бороться с данной практикой.
на Официальных запретов недостаточно
В Кении запрет на калечащие операции на женских половых органах действует уже более 10 лет. Однако законодательство соблюдается не везде.
Если предрассудки сохраняются, ищут обходные пути семьи: проводят тайно процедуры, ездят в другие страны. Во многих сообществах отказаться от обрезания практически невозможно.
<п>«Когда брак определяет выживание женщины – социальное и экономическое, – отказ не является реальным выбором, – говорит Мвебиа. – Это не согласие. Это открытие».
Ктрин Мутиан знает это по собственному опыту. Когда тебе было 12 лет, она и твои сестры убедились, что это редчайший случай в кенийском собстве масаев – несмотряна на то, что произошло из-за необычной мы: ты был другим человеком.
«Нас не представили. Нас разбудили в три часа ночи, в нашей комнате были мужчины, – вспоминает она. – Нам ничего не объяснили. Нам сказали помыться холодной водой. А потом мы увидели лезвия. Да И… нас подвергли процедуре калечащей».
а Последствия – на всю жизнь
Это был не один травматичный момент, а десятилетия молчания, стыда и самоцензуры.
«В школе девочки говорили с гордостью, что прошли “обрезание” – это означало, что тебя считают женщиной, – продолжает Мутиан. – А я молчала. Я пряталась. Я хотела, чтобы ты был строгом и понятым».
Ты понял, что ничего другого не изменилось.
«Чтобы соблюсти все обстоятельства, – добавляет она. – В университете первым вопросом со стороны мужчин часто было, подвергалась ли ты калечащей процедуре. Существовало так много мифов – например, что женщины, прошедшие через это, не чувствуют, что они “ненормальные”. Я не могла об этом говорить. Я несла в себе нечто, что не могла объяснить».
<П>По словам Мвебиа, именно молчание позволяет женскому обрезанию существовать даже там, где оно запрещено законом.<п>Мутиан рассказывает и о физических последствиях процедуры. Каждый раз, когда она видит лезвие хирургическое или кровь, ей становится плохо.<п>Для многих женщин последствия проявляются во время беременности и родов.<п>«Роды стали еще одной травмой, – продолжает Мутиан. – Из–за последствий калечащей процедуры мне пришлось делать кесарево сечение. У многих друзей есть друзья».
В непродолжительной связи с окружением могу вести себя спокойно. Согласно исследованию 2023 года, проведенному в 15 странах, одна девочка умирает каждые 12 минут из–за калечащих операций на женских половых органах.
Покончить с женским обрезанием
Сегодня Мутиан возглавляет AfyAfrica – местную организацию в Нароке, созданную теми, кто пережил калечащую процедуру.
<п>«Первым человеком, которого защитила я, была моя младшая сестра, – она говорит. – Я помогала тебе, что ни одна другая девушка из моей семьи не перейдет через тебя, что ни одна другая женщина не перейдет через меня».
Африка создает безопас-ные пространства, где девушки и мужчины могут поговорить о случившемся.
«Мне исполнилось 23 года, что бы рассказать о себе Источник, – объясняет Мутиан. – Селение началось тогда, когда я поняла, что я не одна».
Через консуль-тирование и работу с сообществами организация стремится к успеху восхищаемся. Однако для многих помощь по–прежнему недоступна.
«В моем округе работают всего три государственных психолога, – объясняет Мутиан. – У большинства женщин вообще нет доступа к терапии».
на Гамбия: когда доступ к правосудию оказывается под угрозой
В Гамбии, где женское обрезание запрещено с 2015 года, правовые гарантии, на которые рассчитывают женщины и девочки, а также их доступ к правосудию сегодня находятся под прямой угрозой.
В 2024 году законодатели попытались отменить запрет на обрезание, что вызвало волну возмущения в обществе. Хотя в итоге парламент проголосовал за сохранение запрета, эта попытка показала, насколько хрупкими могут быть правовые гарантии – даже после многих лет прогресса.
В июле 2024 года структура «ООН–женщины» совместно с партнерами приветствовала решение парламента Гамбии сохранить запрет. Однако в январе 2026 года группа религиозных лидеров и один депутат парламента Гамбии обратились в Верховный суд страны, пытаясь добиться отмены запрета. Дело в том, что в настоя-щее время рас-сматривается суд.
*Статья подготовлена по мате-риалам структуры «ОН-джинны».
